«Батальон»: еръ войне!

Федор Бондарчук выпустил на экраны актуальный военный блокбастер о батальоне юных красавиц, наводивших ужас на немцев

На экраны вышел военно-патриотический блокбастер «от создателей «Брестской крепости» и «Сталинграда» — «Батальонъ» (именно так, с «еръ» на конце). Это — история первого женского батальона смерти в Первой мировой войне — с депутатом Госдумы и звездой «Универа» Марией Кожевниковой в роли лысой графини, мечтающей о героической смерти. Влечение к смерти — это главное, что с точки зрения создателей «Батальона» следует на бюджетные деньги прививать зрителям от 12 лет, — с некоторой даже оторопью обнаружила корреспондент НГС.АФИША.

Справка: «Батальонъ» (Россия, 2015) — военный, исторический, драма. Реж. — Дмитрий Месхиев («Свои»). В ролях: Мария Аронова, Мария Кожевникова, Марат Башаров. 120 мин. 12+

1917 год, у власти — уже правительство Керенского, спешно создающее женский батальон смерти. Он должен своим примером устыдить миллионы небравых солдат, за три года окончательно решивших, что такой дурацкой мировой войны они еще не видели. В пропагандистский батальон подпоручика Марии Бочкаревой в очередь записываются графини — и крестьянки, оперные певицы — и посланные за ними плачущими матерями служанки. Побритые наголо, они теперь живут в казармах, учатся стрелять и идти врукопашную — и плачут от страха всех подвести.

Наконец, батальон отправляют на фронт, — а там все уже вконец обленились, поэтому, чтобы героически погибнуть, как было задумано, героиням приходится даже приложить некоторые усилия. Но отступать некуда — Россия (судя по «Батальону») невелика. Везде знакомые лица: в любой точке фронта и тыла у кого-нибудь из батальона непременно найдется либо жених, либо муж, либо еще какой знакомый — и, когда сюжет как-то забуксует, они повыскакивают из толпы с болливудским криком «Я твой муж!».

Пропагандистские женские батальоны смерти на исходе Первой мировой действительно существовали.

И заправляющая в «Батальоне» Мария Бочкарева — реальная персона, которая озолотила бы своей биографией любое кино: от пьяницы-мужа сбежала с евреем-мясником, стала без пяти минут разбойницей, потом чуть ли не прямо у царя попросила разрешения служить в армии — и получила, и добилась создания женских батальонов. А еще потом (это в фильме уже не упомянуто даже в титрах) — просила денег на борьбу с большевиками у американского президента и английского короля, вернулась в Россию, присоединилась к Колчаку и то ли была расстреляна в Сибири, то ли бежала в Китай.

На афишах «Батальонъ» отрекомендовывают: «от создателей «Брестской крепости» или «Сталинграда». Имеются в виду продюсеры: Федор Бондарчук и — продюсировавший и «Брестскую крепость» — Игорь Угольников; а режиссер Дмитрий Месхиев же до «Батальона» снял, например, военную драму «Свои». Достаточно высокобюджетный по российским меркам, «Батальонъ» снят при поддержке Министерства культуры, Российского военно-исторического общества (возглавляемого министром же культуры) и прочих статусных организаций. Создатели фильма в интервью и всяких аннотациях неизбежно намекают, что он — весьма актуальный. И правда: главной причиной деморализации российской армии в нем объявлено даже не то, что солдаты носят красные ленточки, а то, что немчура таскает им через линию фронта импортную колбасу и шнапс (удивительно, что не сыр с плесенью, — но, видимо, сценаристы решили быть тонкими).

В фильме несколько раз употребляет слово «свобода» — неизменно в негативном контексте, либо брезгливо (солдатня от нее дуреет, как от шнапса), либо — как признак, что персонаж — совсем гнилая душонка.

Положительные героини говорят по-другому. Например, так «Как ваше благородие верно удумали меня с этим пулеметом здесь посадить!».

На сайте аннотация фильма почтительно сопровождается цитатой Путина, три года назад оценившего выход большевистской России из Первой мировой как предательство национальных интересов. «Батальонъ» в некотором смысле и есть экранизация этой цитаты — с тщательным соблюдением ее буквальности и презрением к логике поведения героев и прочим драматургическим условностям, выдуманным бездуховными либералами.

История в «Батальоне» напрочь дырявая (частично, вероятно, потому что из него кроят еще и телесериал, как водится). Персонажи делятся на три категории: желающие умереть за родину (собственно батальонъ), не желающие (артисты, изображающие вторых, старательно придают своим персонажам признаки дегенеративности слабоумия — отвисшая челюсть и чуть ли не слюна, бегущая по подбородку) и немцы (жестоки, коварны). Щедрые к визуальной стороне фильма, создатели не балуют своих героинь сложными мотивировками: выдав девкам один на всех мотив «уж невтерпёж умереть за Родину», создатели уверены, что на этом пайке они продержатся до конца и не пикнут — и они, правда, держатся. Им не страшно убивать, не страшно умирать, не жалко ни себя, ни, например, своего нерожденного ребенка.

Странно было бы зрителю жалеть таких целеустремленных людей, которые знают, чего хотят, и определенно это получат. Поэтому (а также из-за общей вялости) смотреть «Батальонъ» просто очень скучно.

С другой стороны, это примечательная лента, потому что распухающий в последние несколько лет в России милитаризм и диковатый культ смерти на войне в ней достигает абсурдистских высот: здесь он уже не нуждается ни в пояснениях, ни в оправданиях — и просто цветет и солирует. Этот культ смерти (и это вовсе не то же самое, что почитание подвига на войне) проявляет себя по-разному, а в кино последних лет в частности — в тщательно прорисованном разрушении и насилии — на фоне полной плоскости всего остального. Речь идет при этом не о комиксах, а о фильмах с вроде бы серьезным лицом. Из той же «Брестской крепости» или «Сталинграда» трудно вспомнить хоть что-то — кроме с любовью и каким-то аутическим прилежанием нарисованных взрывов, фонтанов крови, аккуратно высаженных на пути танка младенцев и прочего. Мир в них условен и малоинтересен, война — упоительна и всепоглощающа. Чтобы проникнуться всем этим, зрителям приходится приносить сострадание и уважение с собой, — взяв из личной семейной истории — или других фильмов (или книг, неважно). Запас этих частных чувств для историй о Второй мировой у зрителя практически неограничен, — но не для Первой, которую непосредственные участники вписали и врисовали в европейскую (и российскую тоже) культуру с ненавистью к исполненному долгу. В «Батальоне» же ненавидят не войну — а только врагов и слабовольных пацифистов.

И, вероятно, формула этого некогда нормального, но в XXI веке выглядящего страшным регрессом культа смерти и есть воспевание погибших на войне без ненависти к этой самой войне.

Артистке-депутату Марии Кожевниковой и другим создателям «Батальона» таким образом приходится выходить против Хемингуэев, Гашеков и прочих культурных героев — анекдотически безнадежный бой, причем павших в нем опять же не жалко. При всем уважении к предкам пытаться в XXI веке нарядиться в усато-колючий милитаризм образца столетней давности — признак некоторого общественного нездоровья, а официозный фильм, в котором самопожертвование молодых женщин в уже обреченной войне не окрашено хоть каплей досады и «зачем и кому это нужно?» — отдает некоторой патологией. Ужасно страшно, если «Батальонъ» — это и правда верно услышанный общественный заказ, но, с другой стороны, возможно, весь его почти оруэлловский абсурд (свобода — это плохо, война — это хорошо) — не столько замысел, сколько халтурность и невнятность, а сказать пытались что-то поприличнее.

Оценка НГС.АФИША: 2 из 5


Елена Полякова
Кадры из фильма — kinopoisk.ru

читайте также

  • В эфире
  • Популярное
Реклама