Юрий Норштейн: «Я бы ежика пристрелил» (видео)

Режиссер «Ежика в тумане» рассказал о своих снах и посоветовал современный мультфильм, который он считает эпохальным

  • Видео
  • Фото
  • 2010-05-27
    «Отец и дочь», режиссер Михаэль Дюдок де Вит, 15,8 МБ
    «Отец и дочь», режиссер Михаэль Дюдок де Вит, 15,8 МБ
    Видеоролики:123
  • «Ежик в тумане» для многих людей является не просто мультфильмом, но и частью жизненного опыта
    «Ежик в тумане» для многих людей является не просто мультфильмом, но и частью жизненного опытаВсе фотографии

В минувшие выходные новосибирцам невероятно повезло — автор «Ежика в тумане» и «Сказки сказок» Юрий Норштейн, создатель «лучшего мультфильма за всю историю мирового кинематографа» (по мнению американских кинокритиков), дал мастер-класс в кинотеатре им. Маяковского и в Доме ученых. Юрий Норштейн приехал по приглашению Петра Анофрикова, директора детской киностудии «Поиск», решившего таким образом помочь мультипликатору собрать деньги на не завершенный до сих пор фильм «Шинель» (Норштейн работает над ним с 1981 года). Корреспондент НГС.РЕЛАКС встретился с аниматором и побеседовал с ним.

Справка: Норштейн Юрий Борисович родился в 1941 году. Автор мультфильмов «Лиса и заяц», «Цапля и журавль», «Ежик в тумане», «Сказка сказок» и др., награжденных бессчетным количеством премий на кинофестивалях мира. Своим учителем Норштейна считают большинство российских аниматоров, а также мастер японского аниме Хаяо Миядзаки. Норштейн разработал свою собственную технику перекладочной анимации и до сих пор игнорирует компьютерные технологии.

Юрий Борисович, вы сняли несколько мультфильмов, но «Ежик в тумане» стал самым популярным. Как вы думаете, почему именно «Ежик» для многих людей оказался синонимом детства и важной частью жизненного опыта?


Очень сложно оценивать… Фильму предшествовала сказка Сергея Козлова, он мне принес ее в 1974 году — после того, как вышел мультфильм «Лиса и заяц». Он принес много сказок, но я выбрал только одну. Почему? Потому что она срифмовалась у меня с японской поэзией. Что-то я увидел такое, из чего можно сделать фильм…

Вполне возможно, что конструкция фильма несла в наиболее емкой и простой форме все то, что было интересно мне: ощущение мира, его отражение во мне. Сама конструкция получилась достаточно ясной — из точки А в точку Б вышло некое существо, которое раньше всегда двигалось по определенному маршруту, и вдруг в один из моментов жизни оно встречается с неизвестным. Это я специально упрощенную алгебру вам рассказываю. И оно выходит из этого неизвестного совершенно другим. Так и с нами происходит в жизни.

Мне психиатры рассказывали, что они «Ежика» используют как учебное пособие, потому что в фильме описывается абсолютно все, что происходит с человеком, попавшим в обстоятельства неизвестности: любопытство, удивление, первый страх, опять любопытство, опять страх, ужас, полная потеря себя, надежда, полный провал и, наконец, абсолютное изменение психического состава, когда психический фермент начинает работать по-иному.

Вас раздражает, что Ежик стал любимым персонажем наркоманских анекдотов?

Это меня не раздражает. Это черт с ним. Горько другое — Ежик начал множиться, его рисуют чуть ли не на автобусах, из него извлекают прибыль, и я с этим ничего не могу поделать. Мы с Франческой (Франческа Ярбусова — жена Юрия Норштейна и художник большинства его мультфильмов. — В.И.) единственные, кто не извлекает из этого прибыль. Тут лукавство какое-то, что-то от нежелания понять или жить в искусстве более глубинными вещами.

Юрий Норштейн последний раз был в Новосибирске 25 лет назад
Я как-то обмолвился в сердцах: «Мог бы пристрелить ежика — пристрелил бы».

А вам сны тоже мультипликационные снятся?

Да, и Акакий Акакиевич снился. Вообще, я в себе это не культивирую, утром сны не записываю. Но есть несколько снов, которые на меня очень сильно повлияли. Об одном я написал в книге «Снег на траве». Это было в период работы над мультфильмом «Сказка сказок» — я не понимал, как двигаться дальше, был в состоянии помешательства и понимал, что если не выскочу из заколдованного круга, дело кончится плохо.

И вот приснился сон, будто я лечу над землей, и мне показалось, что из живота у меня бьют молнии — прямо в землю. Сон был цветной.

Я лечу метрах в пятистах от земли, а внизу бегут люди, и я думаю: я же их могу убить. А внизу лес, березки, пейзаж такой северный — как у врубелевского «Пана». Вот такой сон был. А уснул я в отчаянии у себя в комнате, окно было открыто, на улице бушевала гроза — и это была не гроза, а светопреставление, молнии били, мотало деревья. Я приехал к Франческе, рассказал ей, она прокомментировала так: «Это из тебя гадость вышла». И действительно — после этого я быстро понял, как мне делать кино. И сделал его.

У нас последние дни стояла странная погода. Было очень холодно. Выросла трава весенняя и тут же на нее выпал снег. Ваша книга называется «Снег на траве». Как вы относитесь к такому совпадению?

Ну, в этом случае люди обычно говорят: природа была на его стороне. Моя книга неслучайно так названа. Этот образ поразил меня в детстве, когда я впервые увидел соединение первого снега — он летучий, быстро тает, буквально за несколько часов, — и зеленой травы, листвы зеленой, которая после падения снега пахнет невероятно пряно.

Происходит соединение стихий. И в этом соединении есть нечто от кинематографа. Ведь что такое кино? Это отказ от каких-то больших временных кусков в угоду деталям, которые, в отличие от длящегося целого, несут на себе всю эмоциональность и метафоричность. Природа сама вырубает из себя временные куски и монтирует то, что, казалось бы, несоединимо — траву и снег. Это очень сильное соединение. Здесь, думаю, даже есть драматургический закон.

В детской киностудии «Поиск» аниматор на глазах у детей снял этюд о птичке, окруженной сиянием
Не могли бы вы посоветовать новосибирцам посмотреть что-нибудь очень хорошее из работ современных аниматоров?

Очень большое впечатление произвел фильм голландского аниматора Михаэля Дюдока де Вита «Отец и дочь». Для меня он был событием.

Всего лишь десять минут, сюжет там плевый, но дело не в нем, а в том, в какие глубины погружается сознание этого режиссера. Перед этим он сделал прекрасный фильм «Монах и рыбка» (оба мультфильма мы поместили в видеоформате под статьей. — В.И.) Своим фильмом он поставил такую планку, что ее сложно перепрыгнуть. Да, он стал знаменитым, получил «Оскара», хотя для меня это не критерий, однако после «Отца и дочери» он сделал фильм «Чай», абсолютно бессмысленный и ненужный. Сейчас мне сказали, он делает полнометражный фильм — очень интересно.

Хаяо Миядзаки считает вас своим учителем. Как вы относитесь к его фильмам?

Я его люблю как личность. И это не значит, что фильмы его близки мне в эстетическом плане. Но он переживающая, думающая, страдающая личность, ему очень трудно даются его фильмы. Для меня вовсе не в мультипликации заключен тот уровень, который хотелось бы видеть. Критерий совсем другой. Чтобы делать настоящее искусство, нужно избавиться от чувства удовлетворенности — ты должен жить чем-то другим, нежели просто собственным искусством и погружением в него.

Чем ты должен жить?

Хотя бы одной фразой из Нагорной проповеди. Этого будет достаточно, чтобы постоянно находиться в этом состоянии — идти, думать, переживать. Без этого ничего не получается. Остальное все мишура. Это плохо кончается. Тому есть печальные примеры. Посмотрите Михалкова последний фильм.


Владимир Иткин
Фото vokrug.tv (1), Татьяны Кривенко (2–4)

читайте также

  • В эфире
  • Популярное
Реклама