Как Гришковец раздавил муху

Популярный актер издал отдельной книгой свой блог без душевного стриптиза и со смешными анекдотами

  • «Атмосфера в ЖЖ меня действительно интересует. Я удаляю отдельные комментарии чаще всего по той причине, что они недоброжелательны или поверхностно сердиты»
    «Атмосфера в ЖЖ меня действительно интересует. Я удаляю отдельные комментарии чаще всего по той причине, что они недоброжелательны или поверхностно сердиты»Все фотографии

В Живом журнале Евгений Гришковец как-то написал о том, что он категорически против превращения своего блога в книгу: «Хочу сразу сказать, что такой книги не будет, даже если будет щедрое предложение от издателей». Однако от предложения издателей Евгений Гришковец отказаться все же не смог — «Год жжизни», воплощенный в бумагу блог популярного артиста, издали стотысячным тиражом. Жанр ЖЖ пришелся Гришковцу как нельзя кстати: в электронных дневниках люди, как правило, фиксируют свои искренние переживания и надеются на отклик. Гришковец это же самое делает и в книгах, и на концертах, однако поступает концептуально — создает модель среднего, позитивно настроенного россиянина, интеллигентного и обеспеченного семьянина, способного и слезу пустить, и шуточкой порадовать.

Справка: Евгений Гришковец, родился в 1967 году — популярный стенд-ап актер, писатель и музыкант. Известен своими моноспектаклями «Как я съел собаку», «ОдноврЕмЕнно» и «Дредноуты», романами «Рубашка», «Реки», «Асфальт» и др. Блог Гришковца занимает 40-е место среди русскоязычных блогов. Юзер e-grishkovets в друзьях у 26 157 пользователей.

И в романах, и в блоге Евгений Гришковец пишет искренне и спокойно — вещает словно честный и задушевный попутчик в купейном вагоне. Поначалу думаешь: «Вот ведь какой славный человек, и как его жизнь похожа на мою», но через полчаса начинаешь зевать, а еще через час уже не знаешь, куда себя деть от этого назойливого сочетания среднестатистической морали, обыденных воспоминаний и всепроникающего позитива.

Впрочем, читать Гришковца приятно. Приятно, будто читаешь самого себя. Вспоминаешь, как стоял в очереди и переживал, что не встал в другую очередь, которая движется побыстрее. Вспоминаешь, как давил мух («Прижал, подержал и придавил, и даже почувствовал, как она слегка хрустнула под пальцами»).

И чем больше таких мелочей, тем более наполненной становится повседневность — будто разбираешь завалы рабочего стола и обнаруживаешь там дорогие сердцу мелочи.

Съездил на курорт, с ребенком посмотрел Миядзаки, с семьей — Индиану Джонса. Высказал пару банальностей о том, какие глупые американские туристы, а потом политкорректно — о богатстве американской культуры. Подобные жизненные факты, прилипающие к каждому человеку, создают радость узнавания. Их осознание полезно сказывается на самоощущении. Однако принимать все эти клише за настоящую жизнь — то же самое, что искренне считать журналистику адекватным отражением действительности. Евгений Гришковец, подобно своим соратникам Харуки Мураками и Эрленду Лу, погружает читателя в сентиментальную дрему жизни — жизни чуть чудаковатой, замедленной и не стесняющейся называться обыденной.

Любопытно, что в каком бы качестве Гришковец ни появлялся — актер он, писатель или автор постов в ЖЖ, — лирический его герой все равно остается одинаковым: сдержанным, лояльным и самовлюбленным. Соответственно, никакого «жэжэшного» самораздевания, столь любимого книжными промоутерами ЖЖ-текстов, в «Году жжизни» нет.

«Я и сам не вполне понимаю, что для меня ЖЖ. Такой возможности общения не было у прежних поколений писателей. Я читал ЗДЕСЬ, что кто-то даже разочарован тем, что со мной можно общаться таким вот образом»
Лишенные комментариев, его постинги превращаются в зарисовки будущих спектаклей, имитацию реплик, которые могли бы быть произнесены на сцене.

«Меня спросили в интервью, не вызывает ли у меня опасений большое присутствие китайских издателей на Московской книжной ярмарке и как китайцы могут повлиять на книжную ситуацию в России. Я сказал, что опасения вызывает то, что китайцы начнут издавать книги на русском языке с большим количеством ошибок, но также выразил надежду, что все же китайцы сделают такие книги, которые можно сначала прочитать, а потом залить кипятком и съесть», — пишет Гришковец в своем блоге.

Плюсы: Много информации о музыкальных, киношных и прочих предпочтениях Гришковца, а также сведения о его семье, интересные для фанов. Фирменный «искренний» язык Гришковца. Анекдоты. Освежение обыденности.

Минусы: Много информации, совершенно не интересной для тех, кто фанами Гришковца не является. Банальные мысли. Болото обыденности.

Никита Лёзин, психотерапевт, директор центра «Гармония» (Новосибирск): «Здесь выходит простая вещь: люди принимают то, что ближе к ним и понятно им. На всех своих тренингах я говорю постоянно: для того чтобы эффективно общаться с человеком, нужно стать таким, как он. Помните, как в «Маугли»: «Ты и я одной крови»? Когда ты разговариваешь на языке другого и апеллируешь к его опыту, общение становится эффективнее. Своей популярностью Гришковец так и подтверждает этот тезис — обоюдное желание артиста и зрителя быть понятым. При этом юмористическое, как у Гришковца, отношение к обыденным ситуациям всегда идет на пользу психическому здоровью зрителя».


Владимир Иткин
Фото mk.ru (1), ozon.ru (2)


читайте также




  • В эфире
  • Популярное
Реклама

Опрос

Вы ходите в театр?