«Индиана Джонс»: фокус Форда

В новом блокбастере Спилберга культовый герой разобрался и с советской разведкой, и со скептически настроенными зрителями

  • Харрисон Форд сейчас старше, чем был Шон Коннери, сыгравший отца Индианы в «Последнем крестовом походе».
    Харрисон Форд сейчас старше, чем был Шон Коннери, сыгравший отца Индианы в «Последнем крестовом походе».Все фотографии

Харрисон Форд слишком стар, чтобы скакать по горам и верхушкам деревьев с кнутом! Новый фильм тонет в сентиментально-слезливой ностальгии по золотым денечкам! Нет, еще хуже: новый фильм тонет в цифровых примочках, призванных сымитировать живой дух саги, выветрившийся за двадцать лет простоя. Примерно такие опасения испытывают поклонники Индианы Джонса перед просмотром новых приключений старого героя. Проверить, насколько опасения оправдались, отправилась корреспондент НГС.РЕЛАКС.

После двадцатилетнего перерыва Стивен Спилберг и Джордж Лукас вернулись к фантастически успешному сериалу об университетском профессоре археологии, свободное от лекций время целиком отдающем опасным приключениям в поисках сувениров вроде святого Грааля. «Индиана Джонс и Королевство хрустального черепа» с бюджетом в 125 млн долларов снималось в обстановке строгой секретности — создатели фильма дозировали информацию для прессы, таскали по судам проболтавшихся членов съемочной группы и смогли сохранить сюжет в секрете вплоть до каннской премьеры.

Впрочем, хранить было особо нечего — главная прелесть четвертого «Индианы Джонса» заключается в том, что он сохраняет настроение старых лент и сделан из того же теста и сюжетных схем, что и первые три фильма.

Тем не менее корреспондент НГС.РЕЛАКС постарается воздержаться от спойлеров и ни шагу не ступить в сторону от синопсиса, известного еще до премьеры. Вся старая гвардия поклонников «Индианы» уже должна быть в курсе, что действие происходит в 1957 году, а в гонке по перуанским джунглям, финальным призом которой станет бесценный артефакт — обладающий мистическими свойствами хрустальный череп, ноздря в ноздрю с Индианой идут агенты СССР.

Отношения Индианы с женщинами никогда не были простыми, но еще не бывали настолько опасными.
По поводу такого результата кастинга на образ врага некоторые посетители киношных форумов уже всерьез обиделись, хотя видно, что выбран просто-напросто основной, так сказать, тренд того времени, в которое угодил постаревший герой Харрисона Форда. К тому же охоту на коммунистов в США того времени в фильме тоже помянут недобрым словом с ухмылкой.

Итак, вначале на экране появляется шляпа Индианы, вышвырнутая в пыль невадской пустыни из багажника военной машины. Вслед за головным убором на свет божий извлекается и сам герой — и как ему уже привычно, тут же получает несколько тумаков. Еще через несколько минут появляется чуть ли не главная интрига нового фильма — Кейт Бланшетт в роли полковника Шпалко, «любимицы Сталина», «доктора наук и трижды Героя Социалистического Труда». У Ирины Шпалко, как бритвой срезанное, черное каре, шашка у пояса и замороженные глаза, и она — немножко Грета Гарбо в «Ниночке», немножко советская агентесса с ядовитым шипом в каблуке из бондианы, немножко доминатрикс из садомазохистского клуба, арт-директор которого питает слабость к лубочно-советским мотивам. «Судя по произношению некоторых слов, вы с востока Украины?» — осведомляется доктор Джонс. И Шпалко соглашается.

Еще через пару минут действие перенесется на огромный склад — тот самый, где завершилось действие самого первого «Индианы» и где упокоился в деревянном ящике среди бесконечных рядов точно таких же ящиков потерянный ковчег. И с этого момента для Инди начинается бесконечная карусель погонь, удивительных открытий, щелканья кнутом, унизительных пленений и счастливых освобождений. Во второй половине фильма щедрая доля экранного времени достанется еще одной старой знакомой — Мэрион, подружке Индианы из «Поисков потерянного ковчега» (ее по-прежнему играет и играет чертовски здорово Карен Аллен).

Диалог поколений (за который в «Индиане Джонсе и храме судьбы» отвечал маленький шанхайский помощник Инди, а в «Последнем крестовом походе» — Шон Коннери в роли отца героя) в новом фильме осуществляет Шайа ЛаБаф («Трансформеры»). ЛаБаф играет напросившегося в компаньоны к Джонсу типичного юного бунтаря из 1950-х, разъезжающего на мотоцикле и постоянно поправляющего расческой кок на голове. В своем первом появлении на экране Шайа цитирует уже иконный образ Марлона Брандо — фуражка набок, кожаная куртка, надутые губы. В глазах у Шайи, правда, нет того нахальства — только легкая растерянность. Растеряться есть от чего. Даже если звезду «Трансформеров» звали, чтобы добавить в фильм свежее лицо, знакомое самой молодой публике, в присутствии пенсионера-Форда он все равно практически сливается с пестрой листвой перуанских джунглей.

Герой ЛаБафа плохо и недолго учился в школе, поэтому из классиков может цитировать только Марлона Брандо.
Кстати, в перуанских джунглях, сами понимаете, будет много интересного: индейцы, загадочные культовые сооружения, полчища муравьев, водопады, гонки по краю обрыва и тому подобное.

Со всем этим шестидесятипятилетний Харрисон Форд справляется прекрасно. Может быть, Инди стал чуть ворчливее и ему чуть чаще приходится глотать пыль, но новый фильм никак не упрекнешь в недостатке экшна и возрастной неповоротливости. И в этом аттракционе харизматичный и находящийся в прекрасной форме Форд выглядит более чем убедительно.

Что касается современных спецэффектов, то они, с одной стороны, впечатляют, а с другой — не слишком лезут в глаза. В результате мы видим отполированный и технически усовершенствованный, но сохранивший саму суть — нелепую, неправдоподобную, ужасно детскую, но невероятно обаятельную — старых фильмов об Индиане. А те в свою очередь использовали внешнюю стилистику и сюжетные шестеренки из еще более древних приключенческих лент первой половины века. Здорово, что эта ретромашина прекрасно работает до сих пор.


Елена Полякова

читайте также




  • В эфире
  • Популярное
Реклама

Опрос

Вы ходите в театр?