«Я — легенда»: пыхтящая цифровая зараза

После «Монстро» киношники опустошили Нью-Йорк вирусом и мутантами

Нью-Йорк еще не успели отстроить после атаки «Монстро», а на него уже обрушилась новая напасть — вирус, превращающий людей в хищных мутантов. Впрочем, уже из трейлера можно было понять, что самое интересное в «Я — легенда» — не битвы с мутантами, а пейзажи безлюдного, медленно разрушающегося и зарастающего сорной травой Нью-Йорка. До начала съемок проект «Я — легенда» больше десяти лет вел призрачное существование в качестве объекта планов и слухов. Режиссером, например, мог бы стать Ридли Скотт, а исполнителем главной роли — Арнольд Шварценеггер. Но в итоге звездой фильма с бюджетом в 150 миллионов долларов был назначен Уилл Смит, а в режиссерское кресло сел Фрэнсис Лоуренс (известный комиксом о вреде курения «Константин» с Киану Ривзом).

За три года до начала основного действия, в 2009 году (следующем, значит), ученые предложили эффективный способ лечения рака, упустив из виду некоторые побочные эффекты. Побочные эффекты проявились в виде вируса, убившего 90 % населения планеты. Еще 9 % мутировали, утратив человеческий облик и разум, превратившись в кровожадных животных, которые гибнут от солнечного света, а потому выходят охотиться только по ночам. Охотятся же они на последний процент — тех, кто обладает иммунитетом к вирусу и не может заразиться. Один из таких избранных — Невилл (Уилл Смит) — военный вирусолог, последний человек в Нью-Йорке. А может быть, и на всей планете — как знать? Ведь самолеты не летают и поезда не ходят (зато каким-то чудесным образом работает водопровод).

Первая половина фильма — соло Смита в завораживающих декорациях запущенного города-сада, в котором растительность переползла из парков на центральные улицы, а львы и олени (по всей видимости, из зоопарка) бегают между застрявшими в пробках и оставленными там навсегда ржавеющими автомобилями.


Здесь солнечно и много зелени. Не считая птичьих криков, здесь очень тихо, только ветер гудит между небоскребами и шуршит в высокой траве. Одним словом, мечта ребенка-интроверта, мизантропа и «зеленого» экстремиста.

Смит выдает показательное выступление крепкого голливудского класса. С мучительными гримасами, нервными срывами, кошмарными воспоминаниями и трогательными сценками вроде разговоров с манекенами и немецкой овчаркой Самантой. Смотреть на Смита интересно, ну а созерцать пейзажи нашей планеты без нас и вовсе можно бесконечно, как глядеть на огонь или на море. К тому же что-то подсказывает, что мелкие бытовые подробности выживания в брюхе мегаполиса, разлагающегося без муравьиной работы миллионов людей, куда увлекательнее сельскохозяйственной деятельности Робинзона Крузо и уж точно интереснее очередного марша голодных мутантов по большому экрану. Но увы, ночной марш уже заказан и отмене не подлежит.

Если в книге, положенной в основу сценария, действовали традиционные упыри, которые боялись чеснока, деревянных кольев и креста (правда, герой подводил под это мракобесие наукообразные теории), то в фильме ночные гости никак не подходят под определение вампиров. Хотя бы потому, что последние мертвы и не дышат, а эти пыхтят, разинув пасть, как паровозы. Они живут в бешеном ритме — с зашкаливающими пульсом, температурой, скоростью передвижения и жаждой человечинки.

Изначально планировалось, что мутантов будут изображать загримированные актеры, но они не могли как следует пыхтеть, и их быстро разжаловали в модели, с которых снимался силуэт для цифровой обработки.

В результате мы имеем довольно ненатуральных компьютерных монстров, которые рычат, мчатся напролом прямо на зрителя, но совершенно не пугают, потому что наверняка подчиняются клавише Delete.

Кстати, львы и олени в городских джунглях тоже имеют цифровую природу — кажется, кинематографисты начали заранее отрабатывать навыки создания искусственных зверей, готовясь к мрачному будущему, в котором останутся одни электроовцы.


После эпизода, последовавшего за расстрелом манекена, в сценарии и научных выводах Невилла о сущности мутантов обнаруживается огромная дыра, и заглянув в нее, мы видим неиспользованные возможности истории (заложенные, кстати, уже в литературном источнике). Но создатели фильма предпочитают пробоину игнорировать и идти по уже исхоженной предыдущими дорогостоящими апокалипсисами дорожке, вымощенной стандартным экшном «получай, фашист, гранату!» к вызывающей откровенное раздражение и разочарование развязке. Как только человечество раньше не вспомнило, что колокольный звон, вера в Бога, развевающиеся звездно-полосатые флаги и здоровый дух коммьюнити побеждают любую заразу? Конечно, от такого густого сиропного пафоса даже мухи дохнут.

Справка: В интернете можно найти статью из журнала Popular Mechanics, в которой ученые комментируют степень достоверности происходящего в «Я — легенда». Претензий к наличию электричества в квартире Невилла (генераторы, работающие от газовых баллонов, которые можно найти на газовых станциях) практически нет. Что касается вируса, мутирующего из передающегося через кровь в распространяемый воздушно-капельным путем, то это признано невозможным. Как и картина разрушения Бруклинского моста — мост должен был обрушиться целиком.


Елена Полякова


читайте также

  • В эфире
  • Популярное
Реклама

Опрос

Вы ходите в театр?