«К нам в Холуёво приезжает Путин» (видео)

Андрей Макаревич выступил в ДКЖ с диссидентской песней и сравнил себя с хреном на блюде

  • Видео
  • Фото
  • 2011-10-18
    «К нам в Холуёво приезжает Путин», 7,57 МБ
    «К нам в Холуёво приезжает Путин», 7,57 МБ

Устав «прогибаться под изменчивый мир», Андрей Макаревич выступил в новосибирском ДК железнодорожников с остросоциальной песней про приезд Путина в городок Холуёво. До сего момента Макаревич был известен как самый лояльный к правящим режимам рок-музыкант — в 1981 году он снялся в кинофильме «Душа» с Софией Ротару, на протяжении всех 1980-х участвовал в новогодней советской телепередаче «Голубой огонек», в 1996 году пел в пропагандистском туре «Голосуй или проиграешь» (в поддержку на выборах Бориса Ельцина), а во время президентских выборов 2008 года признался: «Из всех кандидатов в президенты Медведев мне значительно ближе, чем все остальные. К Путину я тоже отношусь с большой симпатией». Песню про Путина и Холуёво, впрочем, также нельзя назвать оппозиционной в строгом смысле слова. По словам самого музыканта, она направлена не против Путина, но бичует российское лизоблюдство.

Уверенные в том, что Андрей Макаревич как певец-исполнитель сейчас представляет собой нечто пыльное и невостребованное, очень удивились бы, посетив 16 октября концерт фронтмена «Машины времени» в ДКЖ. Людей было много. Даже очень. На первых рядах сидели чиновники. Чуть подальше — неопределенная публика за сорок. За полчаса до концерта у касс толпилась очередь.

«Дайте один билет на Макара», — попросил высокий небритый мужчина, в голосе звучала преданность русскому року, — и протянул кассиру 2500 руб. (самый дешевый стоил 1400 руб.)

Последний раз корреспондент РЕЛАКС видел живого Макаревича лет 20 назад, с тех пор многое изменилось. Во-первых, то, что нынче играет бард, — это вовсе не помесь русского рока и авторской песни, как это было раньше, а как бы джаз с участием саксофонов, труб, тромбона, аккордеона и — не каждый выдержит — запилами электроскрипки. Во-вторых, внешним видом «Макар» много больше напоминал Шуфутинского, нежели рокера. В костюмчике, белой рубашке и шляпе, с седой щетиной, он начал с прибоссановленных шансонов про милых дам.

Проталкиваясь по зрительским ногам, к сцене пробрался дородный парнишка с одутловатым лицом и очками в массивной пластмассовой оправе (очень похожий на главного героя фильма «Пыль») и, преодолев сопротивление охранника, протянул певцу огромный букет роз.

Макаревич тем временем спел про то, что он «один, словно хрен на блюде», и с мудрой утомленной улыбкой обратился к своему ангелу-хранителю: «Если ты живой и не пьян, запиши меня в свой бизнес-план!».

Затем, помянув усопших джазменов, а также Дженис Джоплин, доверительно сообщившую Макаревичу (когда успела?), что не хочет стать Мадонной и «потому умерла молодой», музыкант помрачнел, нахмурился и смело произнес: «А теперь вернемся к нашим баранам». Провел перебором по струнам и вдарил оппозиционную:

Наш путь к вершинам бесконечно труден:
То лбом об стену, то наоборот.
К нам в Холуёво приезжает Путин,
Чтобы увидеть, как живет народ.


Гитара гремела по-диссидентски, по-кухонному, по-высоцки. Согласно закону жанра, следовало бы добавить: «И зал ахнул». Но зал не ахнул.

Всю ночь менты решали оргвопросы,
Друг другу наступая на мозоль,
И до крови дрались единороссы:
Кому встречать и подносить хлеб-соль.

Кому смешно, а вышло не до смеха —
Элита на перроне собралась,
Вот только Путин так и не приехал,
А жизнь уже почти что задалась.


Вслед за холуёвским вызовом власти Макаревич принялся бичевать «Аншлаг»: «Рассмеши меня, Петросян! Рассмеши до самых соплей». Эта песня, очевидно, оказалась больше по душе новосибирцам. Зрители кивали сочувственно, а после слов «Если хочешь попасть в струю, нужно просто заткнуть свою» грянули аплодисментами.

Слышать про Холуёво от Макаревича было забавно, ведь он в течение последних десяти лет неоднократно признавался в любви к членам тандема — вместе и по отдельности.

И не он один. На собрание «Наших» в Селигере выезжали большинство представителей русского рока: Вячеслав Бутусов («Наутилус»), Владимир Шахрин («Чайф»), «Би-2», Сергей «Африка» Бугаев. «Сплин» отыграл концерт на инаугурации Дмитрия Медведева, Константин Кинчев («Алиса») на полном серьезе назвал Путина идеальным монархом, лидер «Агаты Кристи» Вадим Самойлов записал альбом с Владиславом Сурковым. Открыто против властей до сих пор выступали только Юрий Шевчук («ДДТ») и Михаил Борзыкин («Телевизор»), а также группа «НОМ», снявшая абсурдистский киношарж «Геополипы», последняя часть которой посвящена Путину. Петр Мамонов («Звуки Му»), предпочитающий держаться от политики в стороне, лишь единожды назвал Путина «хлюпеньким разведчиком».

Ситуация изменилась в корне после недавнего заявления президента Медведева о рокировке тандема. Эта неожиданная новость заставила Макаревича изменить свою позицию. Впрочем, сразу после появления песни о Холуёво в культурном пространстве России певец пояснил, что никого конкретно обвинять не хотел, просто — рассказал он в интервью радиостанции BBC — «холуйство крайне свойственно нашей стране, независимо от правящего режима. У меня такое ощущение, что это было и 500 лет назад, и при Брежневе, и сейчас». Да и на «марш несогласных» концерт в ДКЖ был похож меньше всего. Постфактум запомнилась не политическая крамола (которой, собственно, и не было), а помятый господин лет шестидесяти, потерявший всю свою бардовскую удаль, что вполне подтверждалось песней:

И еще какие-то люди,
Вспоминают, поют и ждут.
Я один, словно хрен на блюде, —
Все промчалось, как пять минут.

Сколько раз за спиной шептали,
Называли нехорошо,
Сколько раз в лицо посылали,
Сколько раз я туда не шел.

И ни с кем не в любви, не в ссоре,
И уже не держа весла,
Я почти потерялся в море
Умноженья добра и зла.


Владимир Иткин
Фото liveinternet.ru

читайте также

  • В эфире
  • Популярное
Реклама